Валерий Бочков / Valeriy Bochkov

РУССКИЙ НЕДУГ                                       

Достоевский, как диагноз. Эссе

1

Начнём с чуда. Оно случилось в Санкт-Петербурге, в 1878 году. Место действия — здание городского суда. Коллегия присяжных вынесла оправдательный приговор подсудимой Вере Засулич, убийце и террористке, члену революционного кружка, целью которого было изменение государственного строя в России. Насильственное изменение — подчеркну. То есть физическое уничтожение самодержавия, власти, как считают в России, дарованной царю самим Богом. Вера Засулич совершила преднамеренное убийство: она застрелила губернатора Санкт-Петербурга господина Трепова. Она пришла к нему на приём, достала из сумочки револьвер «бульдог» и смертельно ранила градоначальника. Трепов был кавалерийский генерал, совсем не ангел, за год до смерти он приказал пороть розгами политзаключённого Боголюбова, что противоречило закону о запрете телесных наказаний. Чем провинился выпоротый народник Боголюбов? Он не снял шапку перед Генералом Треповым. То есть, чиновник сам нарушил закон и не понёс никакого наказания. Что нам известно о системе правосудия в России? Во-первых, строгость русских законов компенсируется их неисполнением. Во-вторых, закон — что дышло. И в-третьих, у кого власть, у того и закон. Засулич своей вины не отрицала, раскаяния не испытывала, сожалений не выражала. По закону приговор по аналогичным делам грозил двадцатилетним сроком тюрьмы. Именно такого наказания требовал прокурор. Председатель суда А.Ф. Кони не был столь категоричен, адвокат Александров вообще требовал оправдания Засулич. Суд присяжных — о чудо! — вынес оправдательный приговор. Петербург ликовал, император был в ярости, министр юстиции уволен, судья Кони навсегда угробил свою карьеру. Засулич в один день стала международной знаменитостью. Её процесс широко освещался прессой Европы. Впрочем, на следующий день оправдательный приговор был аннулирован и полиция выдала ордер на арест Засулич. Которая к тому времени была уже на пути в Швейцарию. А ещё через день Минюст огласил новый именной указ: дела о «Вооружённом сопротивлении властям, нападении на чинов войска и полиции и вообще должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей, если эти преступления сопровождались убийством или покушением на убийство, нанесением ран, увечий и пр.», отныне будут переданы военному суду, а лица, виновные в таких преступлениях, подлежат наказанию по статье 279 Воинского устава о наказаниях, то есть лишению всех прав состояния и смертной казни. В Европе Засулич наслаждалась статусом рок-звезды. Она собирала многочисленные аудитории, где страстно проповедовала евангелие терроризма, насилия и кровавой революции. Оскар Уайльд даже написал пьесу «Вера — нигилист», которую поставили в Лондоне в 1883 году. В Европе терроризм, направленный против представителей власти, получил название «Русский Метод». Но довольно о Засулич, перейдём к главной теме.

2.

Девятнадцатый век, вторая половина. В воображении европейца Россия рисовалась экзотическим, почти сказочным, театром, бархатный занавес там расшит орлами и медведями, декорации украшены дремучим лесом из которого торчат золотые купола церквей, на сцене аристократы — благородные дикари, презирающие здравый смысл, законы и логику, плюс страстные женщины и непременные цыгане. Варварская империя вполне удачно симулировала переход в цивилизацию. Так хитрому пациенту удаётся убедить психиатров в своей нормальности. Да, России была сделана прививка европейской культуры и этики. К сожалению, вирус мутировал в болезнь. Симптомы этой болезни и стали великой русской литературой. Самое яркое выражение они получили в творчестве Достоевского и, конечно, в главной его книге «Братья Карамазовы». Англичанин, немец и француз, матерясь, продирались сквозь чертополох текста: повествование напоминает поиск монет в грязной луже, история путается, петляет и обрывается, монологи напоминают белую горячку, диалоги абсурдны. Герои умалишённые, их терзают демоны и бесы, из каждого угла выглядывает чудовище. Это не роман! Это невозможно читать! Это невозможно не читать! — возражали другие. Гениальность Достоевского заключалась в создании нового типа литературной материи самого повествования, в уникальности его фактуры и текстуры. Роман обладает качеством стенограммы, документа, который демонстрирует ненадёжность нашей памяти, косноязычие в выражении мыслей, частое нежелание услышать или понять собеседника. Персонажи романа почти всегда находятся в состоянии аффекта: стресса, ярости, паники, депрессии, алкогольного опьянения; именно в этом состоянии они и говорят. Заикаясь и сбиваясь с темы, ругаясь, повторяя одно и то же. Достоевскому этого мало: он ведёт повествование от лица рассказчика, не слишком умного и не очень образованного, который сам отвлекается на пересказ сплетен и домыслов, полученных из ненадёжных источников. Единственным здравым персонажем является следователь. Скорее всего, он инопланетянин. Он обладает железной логикой, он абсолютно последователен, улики для него являются доказательством преступлений, причины ведут к последствиям, каждое действие порождает свой результат. И, конечно, у кого из подозреваемых в убийстве есть самый веский мотив для совершения преступления.

3.

Что такое русская тюрьма? Это институт по реабилитации преступника и исправительное учреждение? Или это место наказания? Нет, нет и нет. Цель русской тюрьмы — уничтожение личности в человеке. Её задача — превратить заключённого в покорное животное, готового выполнять любой приказ человека в униформе. «Что даёт вам право выступать от лица всего русского народа?» — возмущённо вопрошал читатель на встрече с Достоевским. Писатель молча задрал штанину и показал шрамы от кандалов. В двадцать семь лет Достоевский был арестован и приговорён к расстрелу. Достоевский состоял в тайном кружке, члены которого обсуждали идеи социализма и читали запрещённую литературу. Осуждённых уже привязали к столбу и надели им на головы мешки, когда царский курьер принёс указ о помиловании. Для Достоевского «смертельный ужас» не фигура речи, а личный опыт. Один из приговорённых во время экзекуции сошёл с ума. Остальным расстрел был заменён Сибирской каторгой. Политические взгляды Достоевского менялись постепенно: бывший участник кружка социалистов-утопистов и приверженцев идей Фурье превратился в религиозного консерватора, а в период своего третьего пребывания за границей окончательно стал убеждённым славянофилом и монархистом: «…великая наша Россия, во главе объединенных славян, скажет всему миру, всему европейскому человечеству и цивилизации его своё новое, здоровое и ещё неслыханное миром слово». Новое слово Россией было сказано в 1917 году, его эхо продолжает греметь над миром и сегодня. Слово это оказалось действительно неслыханным. Неслыханным по своей жестокости, варварству и презрению к человеческой жизни.

4.

Культурное значение и социальную ценность книги определяет архетипичность изложенной в ней истории. «Братья Карамазовы» это не книга о России. «Братья Карамазовы» — это и есть сама Россия. Её квинтэссенция. Суть и смысл русской жизни. А суть русской жизни в том, что в ней нет смысла. Не было, нет и не будет. «Братья Карамазовы» — это экзистенциальная модель мира русского человека. Где любовь напоминает агонию, а страсть всегда замешана на корысти, где деньги являются богом, а вера в Бога больше похожа на наказание. Тут отец — деспот, который олицетворяет все мыслимые людские пороки, а сыновья больше всего на свете жаждут его смерти. Воздух пропитан ядом смерти, ядом ненависти. По мере развития сюжета становится очевидным, что практически все герои в той или иной степени виновны в убийстве Фёдора Карамазова. Оно происходит в середине романа. Приближение большой беды, гнетущее чувство зреющей трагедии, каждый персонаж ощущает это неминуемое сползание в пропасть, но никто, ни один человек, не делает ничего, чтобы предотвратить убийство. Достоевский любит порассуждать о христианстве, но русский Христос — это не любовь, а покорность. Великий Инквизитор спрашивает Иисуса, почему тот отверг предложение дьявола обратить камни в хлеба. Ведь людей больше ничего не интересует, лишь хлеб да чудеса. Но человек по своей природе слишком порочен и жаден, ему нужен наставник и пастырь, который и будет распределять хлеб насущный. Кто он, этот пастырь? Бог? Царь? Ленин и Сталин? Фёдор Карамазов? Но мы видели, что из себя представляет Карамазов-старший. Патологический эгоист, изображающий римского патриция, хищник и развратник, изощрённый садист и подонок. Он презирает людей и не выносит собственных детей, подозревая их во всех смертных грехах. Смердяков, четвёртый сын, незаконнорождённый, превращён отцом в униженного раба и шута. В целом весьма точная аллегория российского самодержавия и русского общества. Достоевский устами праведника старца Зосимы доносит благую весть не только до обитателей монастыря, но и до всех нас. Имя этой вести — братство. Мы все братья, каждый из нас несёт ответственность за всё происходящее на земле, вина каждого из нас является виной всех. Грех одного — грех каждого. Преступление одного — преступление каждого. На скамье подсудимых должно быть всё человечество. Звучит благородно, хоть и чуть патетично. Но это в церкви, за стенами монастыря. В реальной жизни истинные братья, связанные кровными узами, тоже цитируют Библию, но находят слова с противоположным смыслом. Малахольный инок Алёша пытается пристыдить брата Ивана за бездействие в ссоре Дмитрия с отцом. Ответ Ивана хрестоматиен: «Я тут причём? Я не сторож брату моему». Именно эти слова произнёс первый убийца на земле Каин, сразу после убийства своего родного брата.

5.

Настоящий писатель подобен чуткому прибору, вроде сейсмографа, он ощущает приближение глобальной катастрофы общества задолго до начала грозных событий. Великие книги гораздо мудрее их авторов. Эллины считали «гением» не творца, а божественный дух, который на время творчества вселяется в мастера. Великие книги пишутся сами. Гений Достоевского создал не просто книгу, он сотворил Русскую Библию, в которой есть ответы на все вопросы. Тут самое важное умение — задавать правильные вопросы. И не пытаться интерпретировать ответы в собственных корыстных интересах. Пророк Достоевский предсказал не только кровь и смерть грядущих революций, он сделал прогноз на всё обозримое будущее России. До самого конца. Я не думаю, что Россия испарится или провалится сквозь землю. Нет, топографически местность будет заселена, там возникнут государства. Страны, где в основе общества будут лежать не страх, ненависть и зависть, а уважение, достоинство и соблюдение законов. Скорее всего, Достоевский говорил именно об этом обществе, которое «скажет всему миру, всему европейскому человечеству и цивилизации своё новое, здоровое и ещё неслыханное миром слово». Однако, сегодня, когда Россия произносит пафосные слова, нужно быть наготове. Украинцы были объявлены «братским народом» перед самым началом вторжения в феврале 2023 года. Братскую любовь россиян испытали на себе чехи и венгры, поляки и немцы, прибалты и финны, даже афганцам и африканцам удалось вкусить русской братской любви. Жители России больше всего любят гордиться своей историей, по их уверениям государству более тысячи лет. Суть этой гордости не очень понятна, поскольку социологический портрет общества России в двадцать первом веке напоминает характер трудного подростка из неблагополучной семьи: инфантилизм, хроническая лживость, безответственность, патологический эгоизм. Что это — психический недуг? Вон, Америка за триста лет превратилась в цивилизованное государство. А тут — тысяча лет. История любого государства пропитана кровью, насилием, смертью. Все народы прошли через свой трудный подростковый период, когда сила казалась главным доводом, а убийство самым простым решением проблемы. Человечеству в целом тут гордиться особо нечем. Единственная надежда, что мы действительно сделали выводы из нашего скверного поведения. Все, кроме России. Она не просто ведёт себя безобразно, она гордится своими безобразиями.

6.

Лето 2023 года. Россия на втором году варварской агрессии против Украины, против Запада, против здравого смысла. Достоевский становится самым читаемым автором в России. Я бы предложил минкульту РФ, если он ещё там функционирует, снабдить книги Достоевского предупреждением, наподобие сигаретных: «Чтение этой книги может вызвать депрессию, психические расстройства, суицидные мысли. Идеи, изложенные в этой книге, являются исключительно частными взглядами автора, применение их на практике крайне опасно и может повлечь травмы разной степени тяжести вплоть до травм, несовместимых с жизнью».

                                                                                                                                                                                             (Вермонт, август, 2023)